Вместе с Мадьярами они по ночам подкрадывались к лагерю германского императора и арканами похищали часовых, а днем донимали Генриха своими отравленными стрелами281.
Еще более типично поведение Печенегов в 1074 г., на том же лайтенском пограничье. Когда изгнанный из Угрии Гезой прежний король Соломон с немецкой помощью подступил к угорской границе, Печенеги спешат использовать в своих интересах ту роль, какая выпала им в этой междоусобной войне, и заявляют Гезе, что они готовы защищать шопронское пограничье и не пропустят Соломона, но при условии, если король даст им «свободу», т. е. привилегии. Геза обещал им это, и Печенеги во главе с ханом своим Солтаном стали воевать; однако, несмотря на то, что Немцы, «испугавшись страшного вида» их, не помогли Соломону, он один с собственными силами разбил Печенегов; большая часть их погибла в озере Фертё, и лишь немногие, с ханом Солтаном, спаслись бегст-вом282. Такое оппортунистическое поведение Печенегов очень напоминает их собратьев — киевских Черных Клобуков, не раз заявлявших какому-либо князю в междоусобиях за Киев: «аже ны хощеши любити… и по городу (въ держаше) ны дасти по лепшему, то мы на том отступимъ (отъ твоего противника)»283.
В 1116 г. мы находим Печенегов вместе с таинственными Сикулами в войске, сопровождавшем Стефана II при его свидании с чешским королем Владиславом. Встреча происходила на границе обоих королевств у р. Ольшавы283а, и целью ее было закрепление мира между обоими государями; однако случай превратил эту встречу в кровопролитное сражение. Король Владислав, видя боевой порядок войск Стефана, решил предупредить Мадьяр и сам напал на них, но был отбит, а Печенеги и Сикулы были пущены по убегавшим. Однако новый напор Чехов смял Печенегов и Сикулов, и те, бросившись бежать, увлекли с собою и остальных. Свидание королей неожиданно превратилось в страшное поражение угорского войска284. Упомянутые здесь Печенеги составляли, вероятно, ту пограничную печенежскую стражу, которой, как мы видели, было так много в этих местах.